Концепция Вадима Цымбурского «Остров Россия» имела не только более менее известный геополитический смысл, она также содержала и множество неявных историософских и религиозно-философских предпосылок. С одной стороны, автор вроде бы считал себя поклонником философии истории Освальда Шпенглера и действительно возводил свою историческую теорию к идеям Шпенглера. Однако примечательно, что он обращался именно к историософии второго тома «Заката Европы», в котором обращал внимание на тот вроде бы незаметный мотив этого произведения, который связан с темой суда над историей. Речь, конечно, шла о религиозном суде, в каком-то смысле о преддверии Страшного суда. Апокалиптические темы явно проскальзывают и в изоляционистском пафосе Цымбурского, его трактовке книги Откровения Иоанна Богослова. Третий Рим, по Цымбурскому, это нечто принципиально иное, чем последняя империя, продолжающая ряд древних империй. Новый Завет изменяет логику истории, и в рамках этой новой логики меняется представление о политических моделях истории. Человечество идет не к последней империи, а к финальному суду над историей. Причем участие в Армагеддоне должно оцениваться как религиозная вина.

Лектор: Борис Вадимович Межуев, канд. филос. наук, ст. науч. сотр. Института научной информации по общественным наукам РАН, доц. филос. факультета МГУ им. М.В. Ломоносова (Москва)

Ведущий: Кирилл Анатольевич Мозгов, магистр богословия, ст. преподаватель, рук. издательства СФИ (Москва)

Полная программа сессии Русского университета